Право на съемку — точка зрения

Автор: David Morris

Источник: fotoura.com

Насколько вы уверены в своем праве снимать в общественных местах и публиковать ваши снимки? Подозреваю, что у вас, как и у меня, довольно расплывчатые представления о том, что можно, а что нельзя.

Должен предупредить, данный «путеводитель» по скользкой тропинке фотографических прав не очень надежен и может легко привести вас на край пропасти. Эта статья ни в коем случае не является советом юриста, в ней я излагаю свою точку зрения и надеюсь, что, поделившись ею, привлеку внимание других «гидов» нашего сообщества (Fotoura), которые, возможно, обладают более надежными сведениями и помогут нам «не пропасть поодиночке».

Начнем с основ. Вы имеете право фотографировать в общественных местах что угодно и кого угодно, а также публиковать эти фотографии и продавать их. Так я представлял себе ситуацию, когда давным-давно учился в Школе искусств. Единственное, что было запрещено, — использовать фотографии в рекламных целях без официального согласия модели. Под этим подразумевалось, что персонаж не должен был «работать на рекламу» какого-либо продукта, продвигать который ему, возможно, вовсе не хотелось. Также нельзя было показывать людей в ситуациях, которые могли быть восприняты как клеветнические или унизительные, не получив от них письменного согласия. Справедливость этих ограничений вопросов никогда не вызывала.

За прошедшее время, однако, многое изменилось. Например, в Школе мне выдавали камеру и советовали походить по маленьким улицам, фотографируя играющих детей, потому что так можно наснимать открытые и естественные портреты. Сейчас это делать не принято — хотя мне было бы очень интересно узнать, существует ли официальный запрет на съемку детей, играющих на улице, — подозреваю, что нет.

То есть я имею право фотографировать кого угодно в общественном месте, но что такое общественное место? Очевидно, что к общественному пространству относятся улицы и парки, но как насчет кафе и баров — ведь именно там я часто снимаю? В лекции по правам фотографа мне очень хотелось бы услышать, что общественное место — это такое место, где вас видит общество. То есть бары, кафе и рестораны — общественные места, а спальня и туалет — нет. Подозреваю, что ни Ниджелла Лоусон, ни ее супруг не обрадовались публикации известной фотографии в ресторане, но если вы оказались в общественном месте, ведите себя достойно. С другой стороны, мои или ваши представления об общестенном пространстве могут не совпадать с представлениями откружающих.

Фотограф Арне Свенсон недавно выиграл процесс в суде США, который подтвердил право автора фотографировать людей в их собственных квартирах без оповещения и согласия (Арне снимал из окна своей квартиры), публиковать эти снимки и продавать в галереях. Фотограф снимал так, чтобы лица персонажей не были видны, но это вопрос такта. Я понимаю, что Арне снимает в Америке, а я — в Англии, однако мы оба делаем это «во имя искусства», а это аргумент, весомый для многих культур. Поэтому старайтесь не прогуливаться голышом по балкону или по гостинной со стеклянной стеной, если не хотите, чтобы вашу обнаженную натуру запечатлел фотохудожник или папарацци. Не думаю, что у Арне возникнет желание повторить свой опыт: после поднятого шума, наверное, даже у него возникла мысль, что он зашел слишком далеко, впрочем, его судебный процесс привлек внимание к приему, которым пользуются и другие фотографы — насколько далеко они готовы заходить?

Еще одна серая зона — якобы общественные места, которые таковыми не являются, например, моллы — они принадлежат частным владельцам и оснащены охранниками. Мой знакомый фотограф-профессионал как-то по требованию охранника стер снимки, сделанные в магазине. Я был потрясен и удивлен: от моего приятеля не так легко что-то потребовать — это высокий, серьезный голландец, опытный фотограф с устоявшимися представлениями. Мне хотелось бы думать, что меня никто не заставит удалить свои снимки, но на бумаге легко быть храбрым.

Отношение общества к фотографированию также изменилось. Папарацци и интернет здорово поспособствовали этому. Общество осознало, что фотографии могут чего-то стоить — их можно продавать или использовать в коммерческих целях — теперь общество твердо знает о своих «правах», по крайней мере, так оно думает.

От меня потребовали стереть фотографию одной персоны, снятую на улице, когда я отказался, пригрозили вызвать полицию. Если бы полицейские действительно оказались рядом, они, как мне думается, приняли бы мою сторону, но в последнее время я неоднократно сталкивался с тем, что и они не всегда уверены в букве закона по этому поводу. Журнал Amateur Photographer Magazine даже выпустил тряпочку для протирки оптики с вежливым текстом, адресованным полицейским и охранникам, который объясняет право фотографов на съемку в общественных местах. Впрочем, если вам повезло: со съемкой не возникло никаких проблем, и вы намерены опубликовать фото в сети или продать его в галерее, ваш персонаж все же может настоять на изъятии фотографии, обвинив вас во вторжении в частную жизнь или потребовав поделиться прибылью.

Помимо всего прочего, я еще и фотохудожник, то есть продаю свои снимки в галереях. В связи с этим мне говорили, что если моя фотография признана «произведением искусства», «подобные требования вряд ли могут быть реализованы, однако с ними неприятно иметь дело». И в этом, на мой взгляд, кроется суть вопроса. Вся обсуждаемая область представляется мне покрытой сплошным юридическим туманом, и многие ее ориентиры еще предстоит протестировать в судах. Зачастую «можно» и «нельзя» напрямую зависит от вашего поведения в каждой конкретной ситуации. Франция, например, недружелюбна к уличным фотографам, здесь есть свои законы, и можно «досниматься» до уголовного обвинения. Аргумент «ради искусства», конечно, работает, но уже не так уверенно, как раньше.

Недавно на улице в Италии я поздно ночью сфотографировал субъекта в компании двух дам. Субъект выразил недовольство, заявив, что я не имею права снимать без его разрешения, и потребовал удалить снимок. К тому времени я успел подкрепить уверенность в себе бутылкой вина и плотным ужином, и я не только отказался это сделать, но и начал настаивать, что имею право снимать в общественном месте и что он не понимает закона. Оказалось, что закона на понимаю я — дело ведь было в Италии, где все иначе. В общем, я пережил не самые приятные минуты.

Когда мы снимаем людей без их разрешения, мы у них что-то забираем, поэтому не удивительно, что у людей возникает чувство, что их обокрали или нарушили их права. Фотографирование — это всегда проявление эгоизма со стороны фотографа, вмешательство в чью-то жизнь, как бы закон ни защищал наше «право» на съемку в общестенных местах. Попросту говоря, это проявление бестактности. Попробуйте прямо посмотреть на кого-либо, услышите что-то вроде: «На что уставился?». Мы смущаемся, отводим глаза, осознавая, что виноваты, что это социально неприемлемо, ничем не оправдано и заслуживает порицания — если, разумеется, мы не вооружены фотоаппаратом.

А ведь именно это фотоаппарат и делает — он на вас пялится, а после того как картинка получена и опубликована, всем остальным тоже предлагается пялиться на вас в свое удовольствие. Мы стараемся не думать о том, что чувствуют люди, когда мы их фотографируем, ведь мы же не собираемся бросать свое дело только потому, что кто-то может обидеться. Конечно, нет!

Вы, разумеется, можете выработать стратегию поведения в неудобных ситуациях: спрятать камеру в сумку, избегать прямого взгляда. Как-то я прочел советы Дона МакКаллена уличным фотографам. Он считает, что если в процессе съемки вас заметили и, похоже, что у вас могут возникнуть неприятности, снимок нужно сделать все равно, а потом, опустив камеру, сосредоточить взгляд на правом плече персонажа, решительно направиться ему навстречу и — пройти мимо. Очень правильный совет — если, конечно, ваш персонаж не стоит у кирпичной стены.

Все это — увертки и хитрости, проделывать которые вовсе не обязательно. Мартин Парр, например, весьма успешно идет на контакт со своими героями и иногда добивается удивительных результатов, открыто демонстрируя свои намерения, хотя я подозреваю, что он контактирует, только когда другого выхода не остается. Мы все знаем прописную истину о том, что как только люди понимают, что вы их снимаете, утрачивается спонтанность.

Я, например, пришел к выводу, что нужно иметь при себе визитную карточку, и если персонаж замечает мое внимание, я немедленно улыбаюсь ему, протягиваю визитку и объясняю, что я делаю. До сих пор это срабатывало — кроме, пожалуй, того парня в Италии, но там я сам был виноват. Как правило, людям нужно всего лишь объяснить, и большинство совершенно не возражает против съемки — некоторым даже нравится, что вы считаете их интересными персонажами. Мы все вовлечены в эдакое уличное хулиганство и являемся сообщниками — и фотограф, и зритель.

Однажды в качестве экранной заставки я увидел фотографию человека, летящего с небоскреба после атаки 9/11 — агония, застывшая в элегантной позе. Мы считаем, что имеем право снимать что угодно, и кто знает, может быть, так оно и есть, но мы должны как минимум признать, что тешим свой эгоизм, а возможно, и тщеславие, надеясь, что именно этот снимок сделает нас знаменитыми, принесет нам заслуженное признание. Фотография — некомфортное занятие и должно оставаться таковым.

Учитывая что закон не очень-то ясен, а наши намерения подозрительны, очень важно, чтобы мы вели себя по-человечески, проявляли тактичность. Я хотел бы привести цитату, которую считаю очень полезной.

Как-то Эдвард Стайхен в ответ на старый добрый вопрос «является ли фотография искусством?», дал ответ, который перевешивает любую часть дискуссии на эту тему. «Сейчас меня это совершенно не волнует, — сказал он. — Задача фотографии — объяснить человека человеку и каждого человека самому себе».

Удачи!

Ответить

Ваш email не будет опубликован.